Карсон Дру всецело доверял своей дочери и частенько обсуждал с ней сложные дела, которые он расследовал: она умела быстро и четко схватить самую суть проблемы.

Перечитав телеграмму, Нэнси заметила:

— Голубь не зарегистрирован. Значит, мы не сможем установить, кто отправил письмо.

— Чего только не бывает на свете, — сказала в ответ миссис Груин. — Однако со всеми этими голубями, самолетами и телеграммами я не успела приготовить обед. Сегодня у нас тушеная курица с картошкой — любимое блюдо твоего отца.

— И мое тоже! — обрадовалась Нэнси.

— А еще мистер Дру любит маринованные овощи, — добавила Ханна. — Пойду достану из погреба баночку.

Нэнси снова задумалась о странном письме, которое было прикреплено к лапке голубя. Она достала его из кармана и еще раз внимательно перечитала. Четкие печатные буквы были выведены черными чернилами.

Нэнси убрала письмо и телеграмму к себе в сумочку и положила ее на стол в холле. В этот момент со стороны погреба донесся глухой звук падения и сдавленный крик.

— Ханна! — позвала Нэнси. Ответом ей было молчание.

Нэнси бросилась на кухню и заглянула в люк. На дне погреба, скорчившись, лежала Ханна.

Нэнси охнула и бегом спустилась по лестнице в погреб.

Экономка с трудом села.

— Я оступилась, — сказала она слабым голосом. — Ой, как спина болит!

— Ханна! — встревоженно воскликнула Нэнси. — Ты сильно расшиблась?

— Нет, ничего. Думаю, я смогу встать. Дай-ка мне руку.

Нэнси обхватила Ханну за талию и помогла ей подняться на ноги. Несколько мгновений миссис Груин постояла неподвижно, переводя дыхание, а потом сказала:

— Я, слава Богу, ничего не сломала. Но боюсь, что-то повредила в спине.